Профессия ратракист востребована в России и во всём Мире

Холодные головы

Ратраки, работающие на курортах Сочи, Нижнего Тагила, на Камчатке и в Москве, стоят одинаково.
И выглядят одинаково. И имеют те же самые характеристики. Однако, зарплаты ратракистов, работающих на этих машинах, весьма ощутимо отличаются, сильно завися от региона. Почему так происходит?

Мы в компании в попытке это выяснить запустили флешмоб, где задаём ратракистам разного опыта и из разных курортов одни и те же вопросы. Здесь, ниже, мы собрали наиболее интересные интервью.

Что мы поняли
(и почему это важно):

  1. В эту профессию люди, как правило, попадают случайно. Нам пока не удалось встретить истории, когда кто-то «с детства мечтал об этой работе».
  2. Отсутствует единая система и единый подход к обучению по этой специальности. Соответственно, не существует никакой системы (и шкалы) оценки навыков, профессионализма или экспертности операторов техники.
  3. Система оплаты труда не коррелирует ни со знаниями, ни с опытом (который невозможно объективно оценить), а назначается из средней ставки оплаты труда работников смежных профессий по региону – трактористов, асфальтоукладчиков, бульдозеристов.
    И поэтому ратракист на Урале получает зарплату, заметно отличающуюся от зарплаты его коллеги из, скажем, того же Сочи, и имеющего тот же опыт и навык.
  4. Парадоксально, но ГЛК, которые тратят миллионы рублей на технику, и как будто совершенно не заботятся о квалификации тех, кому они её потом доверяют, предпочитая подход «экономии», а по-русски «да что там сложного, сам разберётся».
  5. За исключением единичных примеров ГЛК, в России практически отсутствует трудовая миграция ратракистов, ГЛК в своей массе не стремятся переманивать опытных профессионалов из других регионов, отсутствует зарплатная конкуренция.
  6. Сами ратракисты не спешат тратить свои собственные деньги на повышение своей квалификации в силу вышеозвученных причин.

Мы в «Прайм Прайде» болеем за ратракистов. И мы хотим изменить существующий порядок. Мы не делим сообщество на «пистеноводов» и «принотофилов» –мы уважаем тяжёлый труд этих мужчин и женщин независимо от марки машины, на которой они работают. Потому что хороший и обученный ратракист сделает свою работу хорошо на любой машине. И потому что ратракисты не выбирают технику для работы, а работают на том техническом парке, который был закуплен курортом, зачастую без их мнения, ведома или участия.

Два года назад мы запустили программу ProAcademy в России. Это официальный обучающий курс PistenBully, придуманный и 4 года назад воплощённый в жизнь Флорианом Профантером. За это время во всём мире его прошли около двух тысяч человек, включая и наших соотечественников. Курс состоит из нескольких ступеней, в конце каждой – сложный экзамен (теория и практика), который невозможно купить, сдать «по дружбе» или как-то иначе, не имея подтверждения своей квалификации на тестах. Все, кто прошёл курс и сдал экзамен, заносятся в единую общемировую базу, наличие имени и фамилии в которой позволяет рассчитывать на трудоустройство в любой точке планеты, где существует потребность в кадрах.

Многие ратракисты с огромным опытом не смогли сдать даже первый уровень. И это люди, много лет работающие на склонах, за плечами у которых подготовка важных спортивных событий и богатая история эксплуатации техники. Многие из них же обнаружили, что годами делали что-то неправильно, а некоторых вещей просто не знали.

Мы хотим изменить ситуацию. Мы хотим развития и перемен.

Чтобы наши специалисты, среди которых есть огромное число безусловно талантливых и очень работоспособных людей, были востребованы на курортах не только России, но и составляли конкуренцию ратракистам Америки, Европы и Новой Зеландии. Все возможности у нас для этого есть.

И мы приложим максимум усилий, чтобы у нас получилось.

Сергей Орлов, CEO PP

Константин Костин, ГК «Роза Хутор», г. Сочи

«Сам я корнями с Урала, так что впервые я сел «за руль»  ратрака в 1998 году, в Абзаково. Еще, кстати, застал львовский ратрак, да, были когда-то и такие, сейчас уже мало кто о них помнит.

Все знания пришли с опытом, всему учился на собственных ошибках.

Вот, кстати, пример, — был у меня один очень сильный «косяк»: однажды машину разул, в обрыв улетел. Разул – это когда машина без гусениц остается. Страшно вспомнить.

Потом были у меня РВ 280D и РВ 300, а сейчас я почти как депутат – гоняю на самом крутом, шестисотом ))).

Мне нравится эта профессия, потому что я чувствую себя создателем. Ну, и горы, конечно. Никогда не перестает удивлять развитие техники и вообще технический прогресс. Качество подготовки трасс сейчас и 20 лет назад – небо и земля! Очень сильно техника «выросла», конечно, даже за период последней пары десятилетий, я сам своими руками это всё прочувствовал.

В 2011 году я устроился работать в Сочи, к нам тогда как раз начали приезжать иностранные специалисты, и вот это было грандиозно! Такой обмен опытом!

Ну, и главная гордость, конечно – это Олимпийские Игры. Потом уже Чемпионат Европы и Мира. Ответственность чувствуешь и причастность к таким масштабным событиям. Страха нет, в технике, в себе и своих навыках я уверен, но просто работаешь и чувствуешь постоянно этот эмоциональный тонус.

Тут последний вопрос «чего мог бы пожелать коллегам и будущим коллегам». Ну, пожелать хочется кратко: упорства и терпения. Всё остальное – это просто результат сложения этих двух составляющих».

Костя Ишаев, ГЛК «Банное», г. Магнитогорск

«С первой машиной мне повезло – это был лебёдочный пистен PB300 W Polar. Процесс нашего «сдруживания» был не быстрым — эту машину я увидел в 2003-м, а начал работать на ней только спустя 2 года, в 2005-м. Машина мне сразу понравилась, и сейчас я понимаю, что мне буквально выпало «бинго», что первой моей машиной был практически идеальный во всех смыслах ратрак, к тому же в отличном состоянии. Кстати, это до сих пор мой самый любимый ратрак из всех, хотя сейчас у меня огромный и мощный PB600 Polar.

На этой работе я уже 15 лет, и мне нравится, что я сам принимаю все решения, вижу результат своего труда и не перестаю получать от этого удовольствие.

Вообще, мне кажется, что сейчас я самый лучший ратракист на Земле))) В пятом году начинал, как все – показали, куда нажимать, – и сразу в работу. Первое обучение прошёл только в 2010-м на Скадо, до этого до всего сам доходил методом проб. А потом повышение квалификации в 2017-м на Вельветовом Слёте в Сочи. Скажем прямо, узнал много нового, несмотря на свой 12-летний на тот момент стаж работы.

А вообще, за 15 лет работы были и косяки, конечно, особенно поначалу: однажды решил выпрямить гусак спасательной сетки, а из-за уклона и бестолкового алгоритма действий «вперёд-назад» натворил таких дел, что лобовое в салон пришло. Расстроился, утром директору принёс ключи, положил на стол и сел заявление писать. Но директор посмотрел на меня, заявление порвал, ключи обратно отдал и отправил снова на смену, работать. До сих пор вспоминаю это с благодарностью. Поэтому сейчас всем, кто приходит в это дело, говорю: «сначала учёба, а только потом работа!». Потому что ездить на ратраке просто, а вот работать – это уже нужны знания, умения и практика. Машины эти дорогие, их беречь нужно, поэтому обучение лучше пройти с инструктором, чтобы понять, вникнуть, приспособиться.

Предмет самой большой профессиональной гордости – нет, не Кубок Мира в позапрошлом году. Были такие соревнования – BGV, Большие Гонки журнала «Выбирай» в 2011-м. Там стол бигэйра был как 25 ратраков в ширину. И это сделал я. И сделал прям круто. Потому что я самый крутой ратракист, да.

Тем, кто думает освоить эту профессию, хочу пожелать не бояться – работа очень «живая» и интересная. Но, опять же, сначала – учиться, а только потом работать. Совместить два этих процесса, увы, не получится.

Зарплаты тут не огромные, но жить можно. Медленно, но верно руководители понимают, что за опыт ратракисту нужно доплачивать – что не могут стоить одинаково те, кто только пришёл в профессию, и те, кто строит Кубки Мира и Олимпиады. И что за копейки уважающий себя профессионал работать не станет, а гастарбайтеру доверить машину стоимостью в пару десятков миллионов – себе дороже. Поэтому нормально всё, с каждым годом всё лучше. Приходите в профессию, оно того стоит».

Сергей Леонов, ГК «Роза Хутор», г. Сочи

«Я за рулем с 2004 года, сразу за PRINOTH Т4S сидел, а потом в 2010-м пересел на РВ 400. Меня свела техника с ума, покорило – насколько она умная, такое творит!… Мне это и нравится в моем деле – управлять ей. Чувствовать эту послушную мощь и ощущать удивительную точность управления. И очень нравится красивый след, который она оставляет. 15 лет этим занимаюсь, а всё равно как обернусь назад, так сразу улыбка. Сейчас у меня РВ 600 Polar, и вот это, ребята, вообще сказка! Вершина прогресса и сбывшаяся мечта.

Какого-то специального образования я не получал, всё узнавали от «старших товарищей», и дальше методом проб и ошибок. Несмотря на такой «несистемный» и даже кустарный подход к обучению, критичных ошибок у меня не было, как-то всё гладко проходило. Ну, разок с дорожки улетел и всё.

Перед Олимпийскими Играми к нам приезжали европейские мастера из Германии, Новой Зеландии, Швейцарии, даже из Африки был! Мы до сих пор помним, как он про их снег рассказывал: «Желтого цвета, вперемешку с песком».

Из значимых событий, которыми я горжусь – естественно, Олимпиада. Я делал участок трассы для женского скоростного спуска, а Костя <Костин> для мужского. Да и вообще, каждый Чемпионат Европы, Мира, этапы кубка Европы – это большие события и каждое из них – предмет для гордости.

Пожелать коллегам могу так: машину чувствовать нужно, что она может, а что нет, – беречь себя и технику».

Леонид Кузнецов, ГЛК «Кант», г. Москва

«В эту профессию я пришёл 13 лет назад, первыми машинами были PistenBully 200 и PistenBully 240. Первая была 86-го, а вторая 94-го годов выпуска, поэтому моё первое знакомство с ратраками не привело меня, скажем прямо, в состояние неописуемого восторга: уже на тот момент техника была старой как в техническом, так и в моральном плане. Кстати, оба этих ратрака до сих пор живы и периодически работают у нас на склоне.

Работа ратракиста специфическая. Не знаю таких людей, которые бы с детства о ней мечтали или закончили какое-то специальное учебное заведение – таких, насколько мне известно, в России до сих пор нет. Мне просто нравились эти машины чисто внешне, мне нравилось с ними возиться, узнавать, как там всё устроено, вот и втянулся. Я же в 2005 году когда искал работу вообще не думал даже про ратраки – знакомый позвал на ГЛК, я устроился контролёром на подъёмнике, потом перешёл в снегогенерацию, параллельно помогая ратракистам и осваивая эти машины, а потом уже конкретно стал работать только на ратраках.

Сейчас у меня Принот Бизон Икс. Машина классная, интересная. Пробовал управлять PistenBully 600 – понравилось очень, но ездить и работать приходится на том, что дают. Вообще, огромной разницы в машинах двух этих производителей не вижу – если техника новая и современная, то работать приятно, управление понятное, задачу свою выполняют. Поэтому если говорить, какая у меня машина мечты, ответ простой: чем новее и современнее – тем лучше.

Учился, как и все, сам. У коллег спрашивал, до чего-то своим умом доходил, был в Миассе и в Сочи на повышении квалификации. Из косяков, когда прям на волоске был – нет, не было у меня такого. Один раз опору снёс, один раз боком по склону слетел, пару раз бугели наматывал на гусеницы, но это мелочи. Как раз те ошибки, на которых учатся.

Из самого крутого, что делал – беговую трассу для этапа Кубка Европы, сноу-парк строил. Вообще, не считаю правильным выделять что-то: ежедневная и ответственная работа – это и есть главное. Делать хорошо и красиво, чтобы клиенты были довольны – это самое важное в работе и предмет самой большой гордости. Когда каждый день идеально, и так из года в год.

Коллегам хочу пожелать быть внимательными и не расслабляться, быть ответственными и следить за машиной. Машина, если к ней правильно относишься, никогда тебя не подведёт».

Поделиться новостью:

Поделиться в facebook
Facebook
Поделиться в vk
VK
Поделиться в twitter
Twitter
Поделиться в telegram
Telegram

Запрос обратного звонка