«Горный воздух» круглый год!

Cпоривно-туристический комплекс «Горный воздух» 693010, Россия, Сахалинская область, г. Южно-Сахалинск, ул. Горнолыжная, 3, 8 (4242)

ICSS — Обеспечение безопасности стадионов и спортивных мероприятий

Безопасность на страже… безопасности

Эксперты Международного центра безопасности в спорте (ICSS) – частые гости Sport Build. Это люди, профессионально занимающиеся вопросами обеспечения безопасности на крупнейших спортивных турнирах. Они пишут своды правил, контролируют соответствующие службы на объектах и проводят обучающие семинары по всему миру. И эта работа в наше тревожное время просто необходима, поскольку спортивные соревнования нередко запоминаются не только результатами на табло, но и разгулом хулиганства фанатов, актами вандализма и даже терроризма на стадионах и за их пределами. Сегодня о проблемах безопасности на спортивных сооружениях нашему журналу рассказывает Карен Уэбб Moсс, исполнительный директор группы ICSS.

Sport Build: Карен, Ваша организация была создана в Катаре специально для подготовки этой страны к проведению ЧМ-2022. Насколько серьезна проблема безопасности в стране, где государственные структуры и бизнес-процессы функционируют в относительно безопасном режиме?

Карен Уэбб Мосс: Главная цель создания ICSS заключается в том, чтобы ЧМ-2022 в Катаре прошел на высочайшем уровне с точки зрения безопасности – именно под это власти Катара и выделили соответствующее финансирование. В «безопасном режиме» сегодня в мире не функционирует ничто и нигде. Но стремиться к этому необходимо. В Катаре принята общегосударственная программа развития спорта до 2030 года, поэтому в ICSS, прежде всего, надеются на то, что строящиеся к мундиалю спортивные объекты впоследствии будут востребованы и не разделят судьбу «белых слонов». С первого дня своей деятельности Центр активно сотрудничает со спортивными федерациями других стран. В частности, мы активно взаимодействуем с ФИФА, УЕФА, футбольными лигами Италии, Германии, Испании, России, МОК и целым рядом национальных Олимпийских комитетов, а также с Международной Федерацией хоккея с шайбой (IIHF). Параллельно мы активно работаем и с политиками – так, у нас установлены серьезные отношения с руководством Евросоюза, ООН, ЮНЕСКО. Учитывая тот факт, что наша организация была образована в 2011 году, мы уже достигли неплохих результатов. Сегодня ICSS реализует проекты в Катаре, США, Италии, Португалии, России, Пуэрто-Рико. Региональные отделения Центра функционируют в Лондоне, Женеве и Брюсселе.

SB: Насколько активным было участие ICSS в организации ЧМ-2018 в России?

КУМ: У многих членов нашей команды в активе опыт проведения футбольных чемпионатов мира 2006, 2010 и 2014. Наши специалисты периодически консультировали руководство Оргкомитета «Россия-2018» во главе с Алексеем Сорокиным по стратегическим вопросам, касающимся организации служб и систем безопасности, а также управления рисками. Мы также в деталях обсуждали каждую из построенных футбольных арен с точки зрения безопасности. К слову, только по официальным данным, во время ЧМ-2018 в России на территории стадионов было заблокировано более 50 дронов, уже в полете!
И уже доказано, что значительная их часть управлялась дистанционно с целью проведения терактов во время футбольных матчей. Здесь было крайне важно уничтожить не сам дрон, а блокировать систему управления им и изменить траекторию полета, чтобы вывести аппарат в безопасное место и уничтожить.
В этом плане российские спецслужбы сработали отлично. Так же, как и за четыре года до этого в Сочи. Впрочем, на Олимпиаде-2014 с дронами было проще – они тогда еще не успели толком войти «в моду» у террористов. Зато за время проведения Олимпиады было зафиксировано около 1 800 кибератак. На ЧМ-2018 хакеры были не так активны – это доказывает, что с киберпреступностью в России также научились успешно бороться, либо то, что террористы из категории «кибер» попросту перестали воспринимать эту нишу как перспективную для себя. Лично я 25 лет своей жизни посвятила международной спортивной индустрии, 8 лет я проработала в МОК в качестве вице-президента по маркетингу и коммуникациям. Сейчас поле моей деятельности – безопасность. Но это довольно широкое по своему значению определение. Например, если нас просят организовать тренинг стюардов, мы это тоже делаем. Помимо этого в Центр периодически обращаются с просьбой прислать свою экспертную команду, как только в той или иной стране появляется информация о готовящихся договорных матчах или манипуляциях с игорными ставками в букмекерских конторах. Наши эксперты реализуют ряд совместных академических программ с Парижским университетом Сорбонна и Гарвардским университетом. В рамках наших мероприятий регулярно выступают Алессандро Дель Пьеро, Франц Беккенбауэр, Юрген Клопп и другие спортсмены с мировым именем.

SB: В чем заключается основная миссия и деятельность ICSS?

КУМ: Наша основная миссия заключается в аккумулировании передового международного опыта в области обеспечения безопасности, выработке теоретических и практических рекомендаций и методик, которые затем берут на вооружение многие национальные и международные федерации. Главный девиз ICSS я бы сформулировала так: «Максимальная безопасность при минимальных ограничениях». Это очень важно для болельщиков, которым важно чувствовать свою защищенность, но при этом не видеть вокруг себя тысячи вооруженных до зубов полицейских. Это чем-то напоминает клининг – болельщики хотят чистоты, но при этом их раздражают люди с пылесосами. Точно так же и в вопросах безопасности – опрос общественного мнения в любой стране вне зависимости от уровня террористической угрозы покажет вам один и тот же результат: болельщик не желает видеть на стадионе людей в форме – они обязаны обеспечивать порядок и гарантировать безопасность, но при этом должны оставаться «невидимыми». Ряды вооруженных полицейских – это уже слишком. На ЧМ-2018 все было в норме, люди в форме не отпугивали болельщиков. Да, их было достаточно много, но вели они себя вполне дружелюбно. Плюс –карты Fan ID – это именно то ноу-хау, которое другие страны должны у России перенять. Именно поэтому мы в ICSS придаем важнейшее значение стратегии и философии обеспечения безопасности профессионально. Организаторам крупнейших спортивных турниров порой приходится объяснять элементарные вещи. Прежде всего, они должны научиться изначально воспринимать болельщика не как потенциального или реального хулигана, а как желанного гостя, который преодолел тысячи километров и пересек несколько границ с целью насладиться спортивным праздником, который какая-то неведомая для него страна для него же и организует.
Не результат на табло, а именно имидж этой страны он в итоге увезет с собой с чемпионата мира. А также мнение о местных людях, сервисе, транспорте, кейтеринге, культуре. Об этом мало пишут – в новостях доминирует политика.

SB: Какой турнир лично Вам запомнился больше других?

КУМ: Первым моим персональным тестом на профпригодность была работа в команде, обеспечивающей безопасность во время подготовки и проведения футбольного ЧМ-2006 в Германии. В чем-то нам тогда было проще, чем сейчас, поскольку систему безопасности турнира нам приходилось разрабатывать с нуля. Это сегодня эксперты ICSS целиком ведут раздел «Безопасность» в Руководстве по организации чемпионатов мира, а тогда никаких официальных книг ФИФА еще не существовало. Перед нами стояла задача сделать так, чтобы все ответственные за безопасность структуры в своей работе полностью вписывались в общую миссию ЧМ-2006, которая звучала так: «Германия приветствует друзей со всего света – давайте знакомиться!». Этим сказано все – Германии предстояло разрушить существующие в мире стереотипы относительно себя как страны и проживающих в ней граждан. Это было крайне важно после II мировой войны, которая выставила немцев перед миром в таком ракурсе, что им проще было бы совершить коллективный суицид. Анализируя систему безопасности того турнира, мы в итоге выявили 250 возможных рисков, 10 из которых поместили в шорт-лист наиболее вероятных (например, взрыв бомбы на стадионе). Далее мы подробно проанализировали функциональные обязанности каждого из подразделений (включая полицию) в случае возникновения нештатной ситуации из списка «Top-10» с выработкой конкретного плана действий. Подобные обучающие семинары 4 года спустя мы проводили и в ЮАР – там на каждый из объектов ЧМ-2010 мы отвели по полдня теоретических и практических занятий. Следующий мундиаль в Бразилии в 2014 году был в чем-то очень похож на африканский – обе страны характеризуются запредельно высоким уровнем уличной преступности. Общим было также и то, что местные власти (особенно в Бразилии) даже не позаботились о том, чтобы создать более-менее профессиональную систему обеспечения безопасности, за что впоследствии получили негативные оценки мировых СМИ. В случае с Бразилией я бы указала на системные ошибки в стратегическом планировании и явно запоздалые попытки подтянуть под это существующую инфраструктуру. К счастью для бразильцев, все в итоге закончилось хорошо, но здесь им просто повезло – при возникновении любой из возможных нештатных ситуаций система безопасности ЧМ-2014 не смогла бы адекватно отреагировать. В отличие от других областей инфраструктуры система безопасности не приемлет проб и ошибок – у нас каждая недоработка может стоить в итоге сотни жизней и даже повлечь отмену турнира. В нашей игре ставки всегда самые высокие. В России было по-другому: тотальный внешний политический негатив и, как следствие, реальная угроза бойкота чемпионата. Даже за считанные недели до начала ЧМ-2018 вероятность бойкота сохранялась.

SB: Чемпионат мира в Катаре является не менее уникальным. Насколько подготовка к нему отличается от других турниров с точки зрения безопасности турнира?

КУМ: Безусловно, в Катаре существует своя специфика. С каждым годом все большее число футбольных клубов приезжает сюда на предсезонные сборы, и это неслучайно – в стране построен целый ряд современных тренировочных лагерей. Чтобы понять суть и скорость происходящих в Катаре изменений в области футбольной инфраструктуры достаточно совершить 5-часовой перелет из Европы. Вопреки существующим стереотипам, вас удивит большое количество зеленых насаждений на улицах, а главное – чувство абсолютной безопасности. В этом плане Катар напоминает Европу, где летом также проводят многочисленные предсезонные сборы футбольные клубы со всего мира. Что касается непосредственно ЧМ-2022, он впервые в истории будет проведен в зимнее время – с 20 ноября по 20 декабря. В этот период в стране наиболее благоприятный для футбола, и главное – стабильный климат. В июне или июле провести подобный турнир в Катаре попросту невозможно – представьте себе сотни тысяч людей, перемещающихся по улицам мелкими перебежками от одного кондиционера к другому. Я знаю, что в английской прессе не прекращаются нападки на Катар, но хочу в этой связи отметить то, что в Англии футбол будет развиваться при любых обстоятельствах, а Катару любой чемпионат мира крайне необходим – он способен придать футболу в регионе мощнейший импульс. В том числе и с экономической точки зрения – Катар является главным работодателем и самым большим в регионе рынком труда: в стране живет более 2,1 млн человек, но только 300 000 из них являются местными резидентами, остальные – экспаты и иностранные рабочие. Здесь же расположены офисы крупнейших международных фирм и банков, а темпы строительства небоскребов и деловых центров просто поражают. В Катаре можно совершенно спокойно жить и работать – здесь не существует никаких ограничений, кроме запрета на употребление алкоголя в общественных местах. Также не рекомендуется пристально смотреть на женщин, а права последних равны нулю – это мусульманские реалии. Но при этом в обществе нет никакого насилия и проблем с безопасностью в целом. Вокруг царит мирная обстановка – каждая категория населения знает границы своих прав и не переступает через них.

SB: Насколько остро сегодня стоит проблема безопасности в спорте, и можем ли мы говорить о достигнутых успехах в этой сфере?

КУМ: Мировой спорт сегодня потрясают события, имеющие непосредственное отношение к социальной, экономической и политической жизни. Растет число спортивных фанатов, у которых всегда есть мотивация и потребность заявить о себе на глазах миллионов телезрителей посредством хулиганских поступков на крупнейших спортивных соревнованиях. Насилие и экстремизм на стадионах не прекращаются – особенно в Европе. Террор вышел на принципиально новый уровень, которого мы не ожидали еще несколько лет назад – и прежде всего в Европе, хотя инициаторами терроризма в мире, конечно же, являются представители радикальных мусульманских движений.

SB: Можем ли мы сегодня говорить об обеспечении безопасности в спорте как индустрии?

КУМ: Да, обеспечение безопасности в спорте я бы выделила в качестве отдельного направления всего спортивного бизнеса. Индустрия безопасности интенсивно развивается глобально. Наблюдается небольшое отставание в этой сфере в странах Африки и Азии, но в целом мы все движемся вперед. В этом нам здорово помогает наука – сегодня в нашем распоряжении самые последние технические разработки, позволяющие выполнять свою миссию на качественно ином уровне, чем, скажем, еще 10 лет назад. Здесь я бы хотела подчеркнуть коммерческую составляющую процесса. Если мы действительно воспринимаем обеспечение безопасности на стадионах как бизнес, значит на это не нужно жалеть денег. Сотрудники различных ведомств, полицейские и стюарды, принимающие участие в обеспечение правопорядка, должны получать за свою работу адекватное денежное вознаграждение (к примеру, 20-30 евро в час, если речь идет о Европе). В России достаточно денег на безопасность, только вместо 2 000 полицейских я бы лучше на футбольный матч поставила 500 обученных стюардов с адекватными нормами вознаграждения за работу.

SB: Возможно ли закладывать больше антитеррористических решений уже на стадии планирования спортивного объекта?

КУМ: Безопасность в спорте требует целостного подхода. В этом процессе должны быть детально прописаны функции всех сторон – государства, полиции, стюардов, разработчиков систем комплексной безопасности, дизайнеров и строителей стадионов. Именно комплексный подход к планированию и организации системы безопасности необходимо практиковать с самых первых этапов строительства нового спортивного объекта. Это позволит предотвратить не только акты насилия или террора, но и саму возможность их появления. На мой взгляд, ФИФА по-прежнему не уделяет должного внимания вопросам обеспечения безопасности, поскольку во многих принимаемых этой организацией документах тема безопасности затрагивается лишь поверхностно либо не упоминается вообще. Я принимала участие в строительстве нескольких стадионов в различных уголках планеты и могу сказать, что участники проекта обычно начинают думать о проблемах безопасности в самую последнюю очередь. Никто не хочет тратить времени на планирование этой деятельности на ранних этапах реализации проекта.

SB: За два года до ЧМ-2018 в России во Франции прошел континентальный чемпионат Евро-2016. Профессионалы говорят, что это был самый слабый турнир с точки зрения обеспечения безопасности. Какую оценку Вы как профессионал поставили бы организаторам Евро-2016 во Франции?

КУМ: Проблемы с безопасностью во время проведения Евро-2016 действительно были. Они оказывали непосредственное влияние и на качество футбола, и на поведение болельщиков. Накануне Евро во Франции прошел целый ряд масштабных террористических атак на футбольных стадионах, но, к счастью, ни одна из них не повторилась в ходе турнира. Тем не менее, многих негативных моментов во Франции можно было изначально избежать при надлежащем планировании мероприятия. Естественно, я имею в виду массовые драки между болельщиками на французских улицах. Ключевой вопрос заключается в том, каким образом можно было изначально контролировать поведение иностранных болельщиков и собственных граждан за пределами стадионов? Согласно полицейским отчетам, провокации имели место быть с обеих сторон, хотя и в различных пропорциях. На самом деле, нет универсального рецепта, позволяющего контролировать внутриполитическую ситуацию в стране, социальные проблемы, расизм. Но спорт – это не только футбол, и здесь я бы хотела привести в пример зимние Олимпийские игры 2014 года в Сочи и последний чемпионат мира по футболу в России. Ваша страна показала высочайшие стандарты в области безопасности, которые были подкреплены экономическими расчетами. Да, кто-то «переигрывает», а кто-то «недоигрывает», как в театре. Россия со своим количеством полицейских на душу населения явно «переигрывает». Но ведь ничего плохого не происходит! Значит, такая система действует – главное заключается в умении грамотно выстроить весь процесс обеспечения безопасности. Ни в Сочи-2014, ни в 11 российских городах проведения ЧМ-2018 серьезных инцидентов с участием болельщиков зафиксировано не было. В отличие от Евро-2016 во Франции, об инцидентах которого (особенно за пределами стадионов) помнят все. В идеале, в процессе создания системы безопасности турнира должны участвовать сотрудники полиции всех стран, имеющих отношение к мероприятию. Согласно методике ICSS, существуют 3 уровня обеспечения безопасности: (1) непосредственно на территории страны проведения, далее – (2) в регионе (это касается приграничных и транзитных территорий, через которые на мероприятие прибывают болельщики из других стран), и также (3) на международном уровне (это касается разрешения, выдаваемого болельщику на выезд за пределы своей страны). Тем не менее, стопроцентную безопасность сегодня не может гарантировать никто, и то, что турниры мирового уровня пока обходятся без масштабных терактов – во многом чистое везение. Террористы и просто преступники не стоят на месте – они разрабатывают новые методики и расширяют свои сети. Это чем-то похоже на гонку вооружений – по принципу «Кто кого на шаг опередит?». И конца этой гонке я пока не вижу – наши новейшие технические разработки, которые гарантировали безопасность буквально вчера, сегодня могут оказаться бесполезными, поскольку на них уже найдено противоядие со стороны правонарушителей. Поэтому приходится постоянно разрабатывать средства защиты, которые должны быть актуальными в свете самых последних уровней риска.

SB: В течение трех десятилетий футбольные группировки из Англии «гремели» по всей Европе ввиду чрезмерной активности на трибунах стадионов и за их пределами. Причем, на внутренних матчах они вели себя достаточно сдержанно, но на выездах доставляли множество проблем соответствующим органам других государств. Россияне сегодня часто копируют английскую практику.

КУМ: Да, но английской модели «боления» больше не существует, и ICSS сделал для этого немало! Благодаря проделанной работе по борьбе с футбольным хулиганством в последние годы ФИФА практически не вспоминает о проблеме английских болельщиков. Сейчас все говорят о футбольном фанатизме в странах Восточной Европы: Чехии, России, Польше. А те же англичане после печально известной трагедии на «Хиллсборо» 1989 года, когда погибли 96 болельщиков «Ливерпуля», сделали надлежащие выводы и заставили государство принять необходимые законодательные акты и меры для наведения порядка на трибунах.
В стране, хоть и с большим опозданием, создана культура «боления», которая базируется на детально разработанной законодательной базе, касающейся вопросов безопасности и комфорта для зрителей и работы спецслужб.

Поделиться новостью:

Поделиться в facebook
Facebook
Поделиться в vk
VK
Поделиться в twitter
Twitter
Поделиться в telegram
Telegram

Запрос обратного звонка